Пять причин выкинуть телевизор

«Генеральный директор Первого канала российского телевидения Константин Эрнст считает, что за последние несколько лет телевидение покинули от 15 до 25 процентов аудитории. „Это люди, которые реализовали себя за эти годы и которые перестали видеть в телевизоре некий объект для развлечения и информирования“, — сказал он в понедельник, выступая на пленарном заседании 10-го Международного конгресса Национальной ассоциации телерадиовещателей в Москве…»

1. Каждый день, утром, днём, вечером и ночью, во время обеда, после футбола и перед сном я вижу в этом экране одну и ту же фигуру. Не человек, но воплощённая стабильность, ум, честь и совесть эпохи. По признанию губернатора Валентины Матвиенко, он излучает потенцию. Наверное так, да. Но что при этом происходит с моей потенцией никто не подумал. А что если мне портит аппетит этот плюгавенький коротышка с дистрофичным носом и пустыми акульими глазами? Почему ты, старина Эрнст, так уверен, что для меня не может быть ничего важнее узнать за завтраком о встречи этого щуплого гнома с доярками? А кто сказал Добродееву, что мнение этого хлюпика об урожаях или кругляке имеет вообще какую-то ценность? Он что, лесоруб или пахарь? Кто он вообще? Что он умеет и почему он там, где я его вижу? Как это произошло? Я не знаю, но я не хочу это видеть.
2. Мне говорят, что над нами нависла угроза. Главное не пустить НАТО. Оно рвётся так и эдак, но мы должны встать на его пути. И вот ведь забавно, никто даже не спросит, а зачем это им, американцам, западу, жидомасонскому заговору и прочем врагам разваливать нас на части? Разве не боятся они, антиподы, больше всего на свете, что Россия ослабнет, развалится и ядерное оружие попадёт чёрт знает кому, сумасшедшим националистам или вовсе террористам? Разве не хочется им, чтобы мы процветали и росли, ведь тогда в нас можно будет вкладывать деньги и зарабатывать на нас! Никто не спросит, зачем подкупать НКО и просить Людмилу Алексееву шпионить за нами. Что она может рассказать им? Секретную информацию о правах человека? Какие донесения прятала она в пресловутых камнях? Зачем в камнях, если можно просто прийти в посольство и там всё рассказать, ведь это законно и вдобавок чудовищно просто. Зачем мне показывают все эти испытания «Булавы», что обошлась нам в сумму годовых расходов на здравоохранение, а летает плохо? Ну испугаем мы американцев, ну начнут они строить новую ПРО — может вам это увлекательно, а я не хочу на это смотреть.
3. Если вы ещё не уяснили себе, то я давно понял — всё что не белое — то зло. Самый ужасный цвет — оранжевый. Бог ты мой, какой там раздор-то творится. Подишь ты — драки в парламенте, а с президентом (!) нагло, откровенно и цинично спорят. Ругают даже президента. Когда ругают президента — это кризис. То, что во время этого кризиса беспрецедентно быстро растёт украинская экономика нам почему-то забыли сказать. О том, что Америка вбухала туда несколько миллионов баксов не забыли, а о том что Россия несколько сотен миллионов — забыли. Вылетело совсем из головы. А ведь есть ещё ужасное киргизское зло — там люди до сих пор протестуют. Требуют, новой конституции, свиньи. У нас старая — и та не работает, а им новую подавай. И ведь изменили же основной закон, не стали стрелять. Но про это, правда нам уже не показывали. Зато показывали главное зло, чёрное, грузинское. Никогда не видел грузин на рынках, а ведь это они, говорят, всё захватили. Отравили нам боржоми, суки. Назло. Теперь у нас продаётся «русский боржоми». То бишь тот поддельный, который у нас тут из сифона делали — он теперь легальный, а тот что из Грузинских гор — он, значится, запрещён. И вина до кучи. С молдавскими вместе. Пейте «Арбатское». Вот вы лично, Эрнст, Добродеев, Кулистиков — вы пейте «Арбатское», отечественное. А я даже смотреть на это не буду.
4. У меня очень развит стадный инстинкт. Хочу быть с хорошими людьми. Мне вот говорят, что публикации Политковской наносили стране вред, а программы Владимира Соловьева, надо полагать, приносят стране пользу. А я просто смотрю и хочу понять с кем я. Есть те, кого я вижу по телевизору: Соловьев, Леонтьев, Пушков, Путин, Иванов, Грызлов, Слиска, Якеменко. Их поддерживают такие деятели культуры как Кабаева, Волочкова, Буйнов, Бабкина. А вот есть другая компания. Это та где Каспаров, Белых, Хакамада, Рыжков. И с ними, почему-то, совсем другие деятели культуры — Шендерович, Акунин, Басилашвили, Искандер, Стругацкий. И стадное чувство зовёт меня почему-то к ним, инстинктивно. Может вас к Слиске, а меня вот к ним. И как-то так совпадает, что их как раз в телевизоре нет.
5. А главное чего нет в этом электрическом ящике — это того, ради чего я его покупал. Там нет новостей. Сводки семидесятых годов с новыми именами генсеков — это не новости. Всё самое интересное по ящику никогда не говорят. Как так — в Южной Осетии живёт 30 тысяч человек, а за отделение проголосовало 100 тысяч? Как так — небоевые потери российской армии превышают американские боевые? Как так может быть, что боевики в Нальчике хотели захватить два самолёта, если он там всего один и тот по расписанию улетел ещё до атаки боевиков? Как получилось, что во время прямой линии президента жительница Кондопоги процитировала те слова президента, которые он не успел произнести? Как, где, куда, почему — миллион вопросов, а мне они про урожай и рождаемость. Нет, ребята, чтобы повышать рождаемость, надо выключить свет и выкинуть телевизор. Какая рождаемость, если потенция вся в телевизоре?

Впрочем, скажу честно, я свой телевизор ещё не выкинул. Но у меня есть веское на то основание. Я ищу новые причины, по которым это следует сделать.

Роман Доброхотов, движение «Мы». Специально для PoltAktiv’а.